Документальный рассказ о посещении писателем А.П. Чеховым Дальнего востока, а именно Благовещенска, Сахалина, Владивостока. Работа писателя на острове Сахалине, проведение им переписи населения, сбор материала для книги о жизни каторжан. Итог поездки - написание книги "Остров Сахалин".
Это большое путешествие Антон Павлович Чехов задумал в год своего 30-летия. Пресытившись так и не ставшей ему любимой медициной, он решил прервать и довольно успешную литературную деятельность, чтобы отправиться на самый край Российской империи – на остров Сахалин. Главной его целью стало обратить внимание общественности на условия жизни каторжников на Дальнем Востоке и таким образом облегчить их участь. Результатом поездки должны были стать материалы переписи сахалинских каторжан, а также литературное произведение.
Провожала Чехова вся его большая родня.
В редакции газеты «Новое время» Чехов получил корреспондентский билет. В нём значится, что «предъявитель сего, Антон Павлович Чехов, отправляется корреспондентом "Нового времени" в разные места России и за границу». Особой помощи путешественник не получил, только сопроводительные документы, чтобы спустя неделю выехать из Москвы на восток.
Протяжённость азиатского путешествия Антона Павловича Чехова поразительна даже для нынешних времён, о чём свидетельствует маршрут, прочерченный для наглядности на карте. Нижний Новгород, Пермь, Тюмень, Томск, Иркутск, Сретенск, вниз по Амуру до Николаевска, Сахалин. Затем – Япония, Китай, Манила, Сингапур, Цейлон и далее Аден, Порт-Саид, Константинополь и Одесса. Он ехал поездом, на лошадях и пароходом, но успел пройти это почти кругосветное путешествие всего за 80 дней. Передвигался Чехов быстро, стараясь успеть завершить работу до зимы.
26 июня 1890 года Антона Павлович прибыл в Благовещенск по Амуру на пароходе «Ермак».
На картине художника Иван Литовченко «А. П. Чехов на Амуре» изображен писатель в окружении пассажиров парохода во время его визита в Благовещенск.
Его взору предстал молодой, но уже достаточно большой по тем временам город, с населением более чем 20 тысяч человек. В Благовещенске Чехов пробыл проездом два дня. Считается, что каких-либо свидетельств о пребывании в Благовещенске, кроме его собственных (по письмам), к сожалению, не обнаружено. Газет в городе ещё не было. Но были письма, которые Чехов отправлял домой довольно часто.
«Деревни здесь такие же, как на Дону, разница есть в постройках, но не важная. Жители не исполняют постов и едят мясо даже в страстную неделю девки курят папиросы, а старухи трубки – это так принято. Странно бывает видеть мужичек с папиросами, – пишет автор. – На пароходе воздух накаляется до красна от разговоров. Здесь не боятся говорить громко. Арестовывать здесь некому и ссылать некуда, либеральничай, сколько влезет. Народ всё больше независимый, самостоятельный и с логикой. Доносы не приняты. Бежавший политический свободно может проехать на пароходе до океана, не боясь, что его выдаст капитан».
В другом письме – своему другу, редактору-издателю газеты «Новое время» Алексею Суворину он написал: «Проплыл я по Амуру больше тысячи вёрст, и видел миллионы пейзажей, а ведь до Амура были Байкал, Забайкалье… Право, столько видел богатства и столько получил наслаждений, что и помереть теперь не страшно. Люди на Амуре оригинальные, жизнь интересная, не похожа на нашу. Только и разговора, что о золоте. Золото, золото, и больше ничего… …Я в Амур влюблён охотно бы пожил на нём года два. И красиво, и просторно, и свободно, и тепло. Швейцария и Франция никогда не знали такой свободы. Последний ссыльный дышит на Амуре легче, чем самый первый генерал в России… Китайцы начинают встречаться с Иркутска, а здесь их больше, чем мух. Это добродушнейший народ… Китайцы возьмут у нас Амур, это несомненно. Сами не возьмут, но его им отдадут другие… По Амуру живёт насмешливый народ все смеются, что Россия хлопочет о Болгарии, которая гроша медного не стоит, и совсем забыла об Амуре. Нерасчётливо и неумно».
И далее: «Купаюсь в Амуре. Выкупаться в Амуре, беседовать и обедать с золотыми контрабандистами – это ли не интересно?».
27 июня А. Чехов на пароходе «Муравьёв» отплыл из Благовещенска в Хабаровск, где познакомился с городом, посетил Военное собрание.
11 июля на пароходе «Байкал» писатель пересек Татарский пролив и к вечеру подошел к Александровскому посту на Сахалине. «Когда в девятом часу бросали якорь, на берегу в пяти местах большими кострами горела сахалинская тайга, — вспоминал Чехов. — Страшная картина, грубо скроенная из потемок, силуэтов гор, дыма, пламени и огненных искр, казалась фантастическою».
В то время Сахалин был малоизученным, "никому не интересным" местом, не существовало даже данных о численности населения острова. Писателю хотелось как можно ближе познакомиться с жизнью каторги, а потому он принял участие в переписи населения острова.
Чехов получил разрешение, чтобы посещать местные поселения и тюрьмы.
За три с небольшим месяца пребывания на Сахалине Чехов заполнил около 10 тысяч статистических карточек. Это свыше 100 карточек ежедневно. Для статистики карточки женщин перечеркивались красным карандашом.
«Я вставал каждый день в 5 часов утра, ложился поздно и все дни был в сильном напряжении от мысли, что мною многое еще не сделано», - признавался он в письме к Суворину.
На Сахалине Чехова интересовало буквально все: климат, гигиенические условия тюрем, пища и одежда арестантов, жилища ссыльных, состояние сельского хозяйства и промыслов, система наказаний, которым подвергались ссыльные, положение женщин, жизнь детей и школы, медицинская статистика и больницы, метеорологические станции, жизнь коренного населения и сахалинские древности, работа японского консульства в Корсаковском посту и многое другое.
Из 65 русских селений, обозначенных на карте Сахалина 1890 года, Антон Павлович описал или упомянул 54, а лично посетил 39 селений. В условиях тогдашнего бездорожья и неустроенности жизни на острове сделать это мог только такой самоотверженный человек, каким был Антон Павлович.
На Сахалине Чехов провёл больше двух месяцев, а по приезде в декабре 1890 года принялся за книгу, которую так и назвал – «Остров Сахалин».
13 октября 1890 года Чехов отплыл с Южного Сахалина на пароходе Добровольного флота «Петербург». Первоначальный план азиатского вояжа рушился. Изначальный маршрут, который пролегал через Индийский океан, Суэцкий пролив и Одессу пришлось изменить из-за эпидемии холеры.
Из-за продолжающейся эпидемии пароход отправился в обратный рейс под желтым карантинным флагом и заходил лишь в четыре порта, оставшиеся открытыми, — Гонконг, Сингапур, Коломбо и Порт-Саид.
В первоначальном маршруте путешествия А.П. Чехова на Сахалин посещение Владивостока не планировалось. Возвращаясь на родину, 15 октября 1890 года писатель прибыл в город на пароходе «Петербург». В 1890, когда Владивосток посетил Чехов, в городе проживало около 12 тысяч жителей. «В нём было всего 145 каменных домов, остальные - деревянные. Главная улица, Светланская, имела по одной стороне пешеходные мостки и водосточные канавы, освещалась 120 керосиновыми фонарями. Отсутствовал водопровод, канализация, имелись трудности в снабжении населения водой». В окрестностях бродили тигры, медведи, стаи бездомных собак, разносивших инфекционные заболевания. Стояла золотая осень. Было тепло. Чехов, в своих письмах, писал: «Когда я был во Владивостоке, то погода была чудесная, тёплая, несмотря на октябрь, по бухте ходил настоящий кит и плескал хвостищем, впечатление, одним словом, осталось роскошное! » Население занималось огородничеством, охотой, ловлей рыбы, крабов, трепангов и сбором морской капусты. Необходимых товаров не хватало, и частично они завозились морем из Японии, России, США. Для связи с внешним миром имелись почтово-телеграфная контора и Датский телеграф, связывающий город с Нагасаки и Шанхаем.
Владивосток той поры мало чем напоминал российские города. Обилие иностранцев и их предприятий, причудливая архитектура, говорили о том, что Владивосток - центр торговых путей и разных культурных ареалов. Внимания писателя не могли не привлечь владивостокские магазины, где имелись товары со всего света. В 1897 началось строительство участка Транссиба, открытие новых судоходных линий, началось активное строительство кирпичных зданий, сухого дока, частных электростанций, магазинов, гостиниц, ресторанов. Природа показалась ему необычайной и привлекательной, а нравы в этом городе - чисто российскими. Вот, что писал Чехов Суворину А.С., вернувшись из поездки: «Был я во Владивостоке. О Приморской области и вообще о нашем восточном побережье с его флотами, задачами и тихоокеанскими мечтаниями скажу только одно: вопиющая бедность! Бедность, невежество и ничтожество, могущие довести до отчаяния. Один честный человек на 99 воров, оскверняющих русское имя »
Чехов посетил Управление военного губернатора, городское полицейское управление на улице Суйфунской, ныне Уборевича, т. к. занялся оформлением заграничного паспорта. 17 октября писателю выдали заграничный паспорт за номером 25 и он внёс деньги на паспорт во Владивостокское уездное казначейство. Этот документ давал ему возможность продолжить плавание на пароходе «Петербург». Из почтово-телеграфной конторы на Светланской, ныне городской почтамт, Чехов отправил телеграмму родным о скорой встрече в Москве: «Ефремов. Податному инспектору Чехову. Будь Москве 10 декабря. Плыву Сингапур ». Всё же остальное время Чехов, очевидно, провёл в библиотеке и музее ОИАК. Работая там, он изучил комплекты газеты «Владивосток», начиная с 1883г., о чём свидетельствуют многочисленные ссылки на статьи в книге «Остров Сахалин».
Чехову понравился сам город, здешний климат, он даже мечтал ещё раз приехать сюда.
Итогом поездки Чехова стал выход в свет книг "Из Сибири" и "Остров Сахалин (Из путевых заметок)", в которой он описал и невыносимую жизнь каторжников, и произвол чиновничества. "Сахалин – это место невыносимых страданий… – писал автор. – …Мы сгноили в тюрьмах миллионы людей, сгноили зря, без рассуждения, варварски мы гоняли людей по холоду в кандалах десятки тысяч верст… размножали преступников и все это сваливали на тюремных красноносых смотрителей… Виноваты не смотрители, а все мы".
После публикации книги «Остров Сахалин» колониями заинтересовались Министерство юстиции и Главное тюремное управление, которые отправили на остров своих представителей. Они назвали «положение дел» на Сахалине «неудовлетворительным во всех отношениях». Был проведен ряд частных реформ: отменены телесные наказания для женщин, изменен закон о браках ссыльных, увеличена сумма на содержание детских приютов, отменена вечная ссылка и пожизненная каторга.

Ünvan
Приморский край, 692503, Уссурийск, ул. Некрасова, д. 249